﻿Александр Чекалов



*  *  *

Я полдетства провёл в поликлиниках:
регулярно подолгу болел.

Всё гадал — ну когда ж переклинит их
и сметут за барьером барьер
эти очереди терпеливые!

…Приливала к сознанию жёлчь,
и вскипали досады приливы, и
ползал шёпот, мол, "надо быть жёщщ…"

Время шло. Все мы якобы выросли:
пациенты, медсёстры, врачи…

Симптоматика прячется в вымысле?
Ничего, терпеливо влачи
полудохлое существование:
обречён на заботу любой.

(Потому и бросаюсь словами я:
"боль" и "тьма", "красота" и "любовь"…)

Сонный
(некогда ясные очи ведь
замутила досада на всех),
тупо жду — и сгущается очередь,
кабинет терапевта обсев.

…"Без талона? Она вас не примет, ну:
есть же правила!" — вера крепка…

И растут тополя по периметру.
И плывут облака.

10.02.13



*  *  *

Март опять нам накапал в открытые окна
то ли средства последнего, то ли тоски.
Потеку вот гулять — и, конечно, промокну,
а вернувшись, надену сухие носки…

На глаза лезет утварь. Обложки. Обои…
Да и в голову — разная мутная гнусь.
И, конечно, кино о "решительном бое" —
это выход… Но это — когда я вернусь.

Если только вернусь: возвращаться — не надо.
Надо — в люди уйти — нанимаясь за хлеб
     и ночлег избавлять одиночек от ада!
 (И — сгореть в их огне, за два дня одряхлев.)

…Под окном — старичьё ли седое, тины́ ли —
кто-то празднует зиму длиной с этот век…
И колышутся шторы дождя нитяные

потому что идёт под дождём человек.

31.03.13



*  *  *

Здесь был компьютерный магазин,
а будет? музей искусств?

…Во всяком случае, тень от зим
ложится на каждый куст.

Театр Спесивцева на углу,
а за углом (и над!) —
метели юла… но пожрёт юлу
Останкинский комбинат.

И я захочу — и поэт, и бард —
оставшийся без жены,
кольцо обручальное сдать в ломбард
(кому мы теперь нужны!)…

Всё в прошлом, а памяти мотылёк
снежинкой — то там, то тут…
Вдоль улицы Руставели лёг
туман былых простуд,

но всё ещё Яблочкова мила
(особенно по весне):
одна однокурсница здесь жила,
позировавшая мне…

И что же? Никто не сошёл с ума.
Зло в минусе, хвост поджат.
Системными блоками спят дома —
и приводы не жужжат…

Лишь небо размазано над весной
(искусно: ведь сон-то — мой),
как мост — одноразовый! подвесной!

И я… не спешу домой.

31.03.13



На маяке

Вон, пар идёт от фонаря,
и дождь октябрьский повсюду,
а там и ветер ноября
сулит огню одну простуду.

И бьётся из последних сил
на маленькой площадке пламя,
и кровь течёт, как эликсир,
и мысли кажутся делами.

И вспоминается: живу,
мне ветерок мозги полощет,
и я — в режиме дежавю —
вступаю бережно на площадь.

На мне мундир, я стар, я сед,
на шею давят ножки внучки…
Прошли мы — всё… и на десерт
себе желаем по тянучке!

Мы против жадин и подлиз,
мы за иллюзии и вечность,
и —
трогает социализм
как нечто, СТОЯЩЕЕ свеч, нас…

Но снова в ритме перебой,
я, вздрогнув, озираюсь тупо
и… становлюсь самим собой.

Уж до краёв родная ступа
полна… Но что мне в тех краях,
где даже сумерки плаксивы
и кренится любой маяк
при виде маячка и ксивы!

…Дождь убивает не спеша.
Не ведая границ ресурса,
собой любуется душа…

И правильно! — давай, рисуйся,
пока испытанная клеть
отчасти гасит этот ветер,
и есть ещё чему гореть,
и вечер отрешённо светел.

06.04.13



*  *  *

Перрон, попутчиков орава…
Тебе вручают корешок:
"А ну-ка!" —
 пробуешь…
"Отрава!" —
ворчишь, испытывая шок…

И не предполагаешь, нервный
(с собой отраву не беря),
что чай — не чай без ежедневной
невнятной нотки имбиря.

Вот так и всё… Чтоб оценить и
принять экзотику, тебе
нужны невидимые нити…

Роса на каждой тетиве
развесит утром эти ноты, —
и станет ясно, крокодил,
что всё постиг уже давно ты!

Но просто слов не находил…

07.04.13



*  *  *

…Вечно: то заповедь "не убий",

то вдруг удар под дых…

А жизнь — это красный автомобиль,
несущийся в молодых.

Даже не знаю, как объяснить…
Это не сказка, быль:
по лабиринту тянули нить,
и вдруг — автомобиль…

Лбом о пол вдоволь поколотив,
ждёшь и от музы поз?

А жизнь — это красный локомотив,
несущийся под откос!

Сказка: про белого рыбачка,
и про ту самую нить,
и про крючок… Порвалась щека,
падает выдернутая чека, —
и некого в том винить.

…Долго ли ждать? до каких же пор?

Бьёшься во сне о твердь,
чтобы очнуться… Прекрасный пол! —
лишь подмести, чтоб окончить спор…

и что, это всё? Ответь!

Вечен, как остов на пустыре.
(Лишь бы хватало слов.)

…Да, поистратился, постарел,
но ведь и шёл-то — в лоб…

25.06.13



*  *  *

Болит отлёжанная щека,
встаю со стоном с сырой земли,
Вокруг колоссы борщевика —
как полновластные короли.

От электрички отстал, упал,
башкой ударился, дальше — сон,
о том, как вьётся над ванной пар
и ты зовёшь меня: "Эй, гарсон!"…

Но вот и утро. А я свою
мобилу, кажется, пролюбил.
Ищу платформу… Уже стою
у расписания, как дебил.

…У края бездны ловить ребят
судьбой назначено… Где же рожь?

Нещадно строки в глазах рябят —
и всё прекрасно.

И мир хорош.

23.08.13



Вдоль путей

На туманный район навалился циклон.
Шарю взглядом по насыпи робко:
всё усыпано битым по пьяни стеклом,
что ни шаг — то бумажка, то пробка.

Нет, не шли никогда в этом месте бои,
чужаки не творили бесчинства,
просто местные люди — родные, свои! —
шли буянить… работать… учиться…

Что теперь? Будто снежный, товарищи, ком,
разрастается ясность: отныне
здесь уже никому не гулять босиком
между рельсом — и лесом полыни.

Всем уже надоело испытывать шок,
наблюдая подобное? По́лно…
Никому здесь не будет уже хорошо,
всё туманно, но это — бесспорно.

Вы, конечно, товарищи, можете гнать
(мол, "ответ я во всём — лишь себе дам!")
и стремиться себя в перерывах познать
с напускной толерантностью к бедам.

Но… хотя бы однажды признайтесь себе:
здесь — не видно ни почвы для чуда,
ни его самого…

лишь лазейки в судьбе

неизвестно куда и откуда.

29.08.13



*  *  *

Пока не требует поэта
к себе начальник на ковёр —
пиши про то, пиши про это…

Пока бумагу не извёл.

Пока всё есть (хоть еле-еле,
но да! —
      что радует весьма)…

 Пока клакёры не доели
всего фуршетного дерьма.

…Пусть освещение дневное
тусклее лампы! — ты пиши:
про снег, растаявший давно… и
 про те большие беляши…
и про круги на стойке бара…
 Про всё!
  А нет — так завали,
   прошу прощения, экзамен
    да чай покрепче завари.

И в суете его чаинок
увидишь будущий покой,
в котором ты — как будто инок
с чужою книгой под рукой
(что, разумеется, не ново)…

пока, сценарий теребя,
на роль шута очередного
никто не пробует тебя.

04.09.13



*  *  *

Речи кончены — слушай шёпоты
вихрей (элем текут имбирным):
"Стань хоть мастером фотошопа ты,
хоть золою — а тем, кем был, нам
всё же будешь ты ближе, глупенький!"

…Стой и слушай (тебе полезно),
как шуршит она, листьев трупики
анимируя, — осень-бездна.
 
Тополь, поздним теплом обманутый,
чмо, мечтающее о бэхе…
все пускают ("Да стой нормально ты!")
безрассудно свои побеги.

И закат, тая в небе-хаосе,
глаз единственный хитро сузил, —
мол, пора уже, Ка́спар Хаузер:
ваше слово, товарищ лузер.

…И отку́да ты, и тепе́рь куда —
всё забыл… Ну и жди, весь бурый
от засохшего… с видом беркута…

раз затишье тут. Перед бурей.

Слов не хватит — восполним листьями
и нехватку идей, и счёт наш!

…Веют вихри хвостами лисьими.
Ждут — когда же ты клювом щёлкнешь! —

  чтоб сорваться с цепей невидимых
   и рассеять золу по саду,
    по вишнёвому…

               Жаль, не видим их…  
"Стой" да "стой"… да я лучше сяду
на скамеечку возле домика.

  …Вот и наши… А вот подъезд мой.
 
Так удобненько, так бездонненько…

      и пылает закат над бездной.

           10.11.13



перашки для волка

исчезли признаки рахита
тревоги страсти и мечты
безалкогольное мохито
ах это именно о нас

порою по дороге к храму
встречаешь оборотней ты
но их высасывают быстро
вампиры что всегда с тобой

её я спрашиваю часто
когда же воля и покой
но лишь подмигивает молча
с японского календаря

стреляй на шорох глеб егорыч
пусть эта комната темна
и чёрных кошек мы не видим
но их тут сотни уж поверь

ты пузыри пускал беспечно
и всё же мимо проходя
морзянку выдала подлодка
мол ну не верю извини

как больно милая как странно
уже взлетает самолёт
а я в руках как ту синицу
сжимаю С ВЕНИКОМ портфель

порою ты выходишь в поле
находишь полевую мышь
и с ней гуляешь и украдкой
глядит на часики она

я шёл по краю мрачной бездны
я суть явлений познавал
нашёл мелок ириску мячик
проснулся и лежу во тьме

степенно ползает по стенам
владыка мира пыжик чиж
а может это ёжь такая
туман мешает разглядеть

суров уклад наш но привычен
вот потому-то нам его
то кум то сват то врач дежурный
и не советуют менять

осень 2013 г.



*  *  *

На землю опустилась как бы нега, —
и в самый раз тут выспаться бы, но
давно я не видал такого снега!

А он летит и бьётся об окно,
как будто мотыльки (но не на пламя),
как будто саранча (и шут бы с ней)…

Как будто всё, что было между нами
в течение минут, часов и дней,
не льдинками нанизано на нити,
а тонет в уйме разностей и сумм
и немо умоляет: "Обманите!
Скажите, что пурга — лишь белый шум!"

…Да, чуял холод с самого утра твой;
да, в самый раз бы мне утратить речь,
но… эта нега — кажется неправдой…

И, значит, ни к чему её беречь.

11.02.14



на отшибе памяти

всё устремляешь себя за выси,
всё норовишь заглянуть за них —
а разве что от тебя зависит?!

…ну что молчишь-то, колосс-жених!

едва привыкнешь, убог, ко всякому —
и вот изволь-ка: в компост ложись

…за ежеутреннюю овсянку
отдам последний взгляд на жизнь! —

и будет счастье… и по заслугам:
за кротость — чистое небо ты
однажды вновь обретёшь над лугом.

благословение немоты
и снизойдёт, и потом отпустит,
но впредь не будешь уж языком
молоть.

а правда — дитё в капусте
и в горле ком…

19.05.14



Ирония судьбы

…Со старта до финиша — бытовизм…﻿
"А всё ж — ускользнули! Искали и —
нашли себе тропку: греби, давись…"

и снова — ни шагу из колеи.

"Любой может быть тебе другом и
врагом!" — натаскает нас так она,
что… двинем за нею
по кругу
мы.
Как бич, типа, в поисках стаканá.

А цель? Не на снег же из банных тог…
но — грёза! фантазия! сон! мираж!..

Так ищет… не прапорщик военторг,
а гонщик — момента войти в вираж:
возможно, "там лучше".
Там "новый шанс"…
А бывшей мечте ведь не сбыться, друг.
Нам нужно… не вскоре, а прямо щас —
навек разорвать беспорочный круг!

…Витаем, беспечные, в облаках,
надеясь на чудо… Виной — жара́
    и сердцебиение… или как?
Да, в общем, никак. Но душа ушла
нечаянно в пятки. И понял — не
желая смириться, но — да, увы,
вот это — реально уже вполне.

А мы… только пьянствовать здоровы́.

18.06.14



Огненные птицы

Пойдёшь, балда, смотреть салют?

Там будет люд переться, лют.

Там будут пиво, и "Салют"*,
  и даже водка "Абсолют"…

 Но, чтоб от радости вопить,
   не стоит шибко много пить!
…Так, чисто каждый со своим,
придём — и вместе постоим…

И вот — посыплются огни!
  …Такие красные одни,
  другие ж —
 синие они…
и мы синеем, зацени!

…В ветвях торчат ошмётки гнёзд…

и с неба — дождь из… как бы звёзд,
а всё же — птиц!.. На их падёж
          нельзя смотреть…

"Но ты пойдёшь?!"

28.06.14

________________________________
*дешёвое советское шипучее вино



*  *  *

Остаток жизни, виршей ворох,
покой и волю… что смогу —
я всё отдам без разговоров
за эту фляжку коньяку.

[Узорчик помню: в виде змейки,
себя кусающей за хвост, —
а в остальном… из нержавейки;
внутри — ну, сколько-либо звёзд…]

Но — чтоб не просто эта фляжка,
а фляжка — двадцать лет тому…
[Весь мир кинотеатр… и: "Ляжь-ка,
  дворняжка в сена полутьму…"]

Чтоб были и надежда с верой,
и радость… и душевный пыл…
Чтоб не гонялся за химерой…

И чтоб — ТОГДА уже не пил!

…Посмотришь новое кино вдруг,
  а там — не крошка Амели,
   но тётка зрелая: давно, друг,
  с повестки прошлое смели.

Уже не купятся таксисты
на "обстоятельства" твои —
как покататься ни просись ты
и что с устатку ни твори:

  "Сказали, всё!.. Иди работай!..
  Давай работай, я сказал!"…

Всё лучше, чем давиться рвотой,
 внутри себя ища квазар.

Всё лучше, чем губами воздух
ловить (а небо — всё темней…)
и как дурак мечтать о звёздах

 каная медленно в тоннель.

13.07.14



*  *  *

В чаще покой… Высоко над землёй — зонты
(собственно, спицы — и маленькие клочки)…
Мне всё равно… Не люблю уточнять мечты!
…Чтобы не видеть деталей, сниму очки…

Сразу вокруг всё таинственно… Стайка бук
прошелестит — и нырнёт между двух стволов…
Что там? Ирга? Криптомерия? Вяз? Бамбук?
Мне всё равно: я ослеп, одурел, оглох…

Только лишь запах… и жжение: будто влом
воду использовать было — засим нырнул
сдуру в какой-то неведомый одеколон!

…Температура растёт, — я уже понур…

Образы разные перед глазами бьют
в мяконькие барабанчики облаков…

Перепела куролесят, хорьки суют
носики всюду… А перепелов, хорьков,
прочую нечисть… и, кстати, малышек-фей, —
всех заливает кровавый закатный свет.

…Фею поймаю — добуду себе трофей —
или подружку…

Но феи простыл и след, —
да я и сам ведь, похоже, простыл: озноб…

Шея, ладони, лицо моё — всё горит…

Это возмездие: "В сердце чужих основ
вторгся ты без приглашения!" — говорит
мне окружающий шорох… не шорох — рёв:

так он успел разрастись, поглотив уже
грохот дыхания… гоблина счёт до трёх,
выстрел из силосной башни…


Но мне — свеже́й:
кто-то за шиворот вытащил на шоссе,
ровер поймал (там Эльвира и пара Вик):

"Нужно в больницу: почти ведь подох уже…
Ну нафига ж понесло его в борщевик!" —

и надо мной наклоняется группа лиц
(рожи такие — что лучше б и впрямь подох)…

В чаще покой…
и — чарующе, присмотрись:
это же райские кущи!

…Хочу плодов!

Воли хочу! А вокруг — мировой пожар!
(Ну, и в Калязин: вай-фай докупить тверской…)

Небо мой дом… Свежий ветер запястье сжал,
счёт — на секунды…
Но лишь ты их бег ускорь —
и нарисуется ма́ндала на луне,
и — прямо в сердце себе загляну совой:
чтобы найти там себя — и понять вполне…

и… всё закончится быстро, само собой.

13.07.14



*  *  *

Мне приснился сон:
отразился в зеркале
утренний туман.

…Сон был таков: тёмная комната, в конце её — светлое зеркало, в зеркале — окно, взгляд вниз, асфальт… пробивающийся сквозь него побег какого-то напружинившегося для жизни растения… Пробивается, пробивается… сейчас пробьётся!
А здесь, с этой стороны… по эту сторону… холод и ветер.
Но что до этого зелёной пружинке!
Она сжата, и она, себя не помня от счастья, непременно распрямится!

Росток, он ведь как:
главное — увидеть свет,
и будь что будет…


Когда ты теряешь память
и падаешь вниз с лесов,
душа твоя пробивает
асфальтовый лёд, как бочка,
и в полную тьму (слепа ведь)
уходит под бой часов —
и даже мертва бывает…

Но вскоре — её клубочка
не видя на месте, де́миург
спохватывается: как!
куда! почему! Наверно,
он сам в эту муть поверг нас,
но — как бы то ни было… Сделанных
для таяния в облаках —
вдруг общей судьбы каверна
выталкивает на поверхность!

И вот ты припоминаешь:
тут кажется стол стоял…
там — нежили дни (которые
впоследствии огрубели)…
Всё это — обрывки сна лишь,
но… парочку одеял
ты помнишь! (И мы, готовые
на подвиги, — в колыбели.)

…Гуляют леса без веса,
дрожат без него мостки:
ушли мы с тобой — ну вот и
ослабли… на миг ничтожный.

А дальше что? Неизвестно.

Ты малая часть реки.
…В обнимку с душой плывёте —
и шепчешь ты ей:
"Но кто ж мы?"…


Кто же мы, душа?
Два зеркала, друг в дружке
отражённые…

28.07.14



Меланхолия

Природа будто чувствует: да, скоро…
И проявляют бездны смысла прыть
в открывшемся преддверии раскола…

Ну все законы впору бы открыть! —
настолько всюду зелено от яблок,
уже упавших в общую траву…

Но — чтоб не видеть зна́мений тех явных,
мы просто тупо грезим наяву.

Во сне любое слово — эскапада!
любое дело — штурм! (а цель — как дот!)

…Всё лучше, чем на дне яблокопада
тоскливо ждать, когда уже пройдёт!

"Вон, вон опять… Загадывай желание…"

Попробуй тут успей, когда лишь миг
остался… Нужно всё всегда заранее…

Иначе — ты лишь вечный ученик,
и вот тебе урок опять… А в безднах —
не видно ни Добра теперь, ни Зла.

…Полынный вкус у этих тел небесных,
но ждать иных — не хочется! нельзя! —
уж больно долго грызли удила мы…

Не разобраться в неге и тепле
ни с чем: ни со словами, ни с делами —

За миг,
Пока
Летит
Оно к

Земле

09.08.14



*  *  *

"мы с вами свяжемся" — магическая фраза:
в ней и надежда, и… могильная плита

не бриллиант, а только нечто вроде страза,
но всё же нечто… всё же тоже красота…

"мы с вами свяжемся"… и вот гадай отныне, 
когда конкретно-то — да будет ли крепка
и продолжительна та связь… а с остальными
как поступить? (ведь там же очередь, ага!)

"мы с вами свяжемся"… и — будем есть сашими?
да в минигольф играть??.. но бабушкин наказ —
в ушах: "Не связывайся, Сашенька, с большими!"

а я — как нищий на скамейке возле касс:
и надо ехать — и забыл, КУДА мне ехать…

билет-то можно и купить, но… всё прошло

…конечно, грязно тут…
                  зато — пока в тепле хоть…

а эти стразы — то же битое стекло,
искусно проданное, да! — но суть-то та же:
калейдоскоп
     фальшивый образ
                    дым
                        фантом

               и… что-то большее

        и — тьма многоэтажек…

 и — всё оставлено навечно на потом.

"мы с вами свяжемся…"
                пускай не с нами лично
    скорее уж — дождутся внуки… до суда
не так уж долго… не хватает только Линча

слепая вера смаху входит в… это… клинч, но
     вполне годящийся… с реальностью, ну да,

 сюда, где муть так идеально непроглядна,
   что можно рыбы наловить и без труда,
     и без ответственности…

         шансы — как гирлянда!
  всех успокаивает эта пестрота:
  и обволакивает облаком лебяжьим,
  и отвлекает от деталей…
                         не потей,
  опять гадая, что да как "мы с вами свяжем",
    а просто радуйся
                  
        ничтожности потерь.

            22.10.14



*  *  *

Бежит себе по улице собака,
а я к стеклу оконному приник…

Поэзия — лишь барская забава,
а вовсе не живительный родник.

   Подушная уплачена ли по́дать?
Вот то-то… Расслабляться не моги.

Бери бульдозер и — давай работать,
     сжимая по-хозяйски рычаги…

Мир Цели, ты обычно скуп на средства,
 но тут, видать, расщедриться спешишь,
    пока есть объективная "согреться"
 возможность! — и солёный огурец… а
 уж если не сейчас, то позже — шиш

…Прошла старушка… Псов за нею свита…

На ветке — птичка… Выдала: "Фью-иить!"

          Уволили? Job.ru спасёт, Avito…

Жить — можно! Только… как же без любви-то?

 Ведь нужно же кого-нибудь любить?!

  2014-2015



*  *  *

Средь инфраструктуры тротуаров,
Навсегда запущенных садов,
и развалов жутеньких товаров
(как вершины праведных трудов),

начитавшись в отрочестве Грина,
выросла с надеждою… и вот —
девочка, домашня и старинна,
в безымянном городе живёт.

Всё так тонко… как же не порваться! —
дымке, флёру, розовым мечтам…

Кажется, вот-вот начнёт сбываться?

Снится, что чуть-чуть ещё — и там?

Лучший путь застрять в упёрто-прошлом,
глупенькой мишенью стай и стад.

Ибо — что ж… и рай навеки прожран,

и для пекла духу не хватат.

28.01.15



*  *  *

…Да, несомненно: кажется, уже
совсем, как говорится… И, конечно,
скребут порою кошки на душе,
но —
в общем-то, по большей части, нежно.

Да, тонус рад любому костылю:
пейзажи, встречи…
              пусть оно и пресно…
     А кошкам я соломки подстелю, —
вот самое проверенное средство.

А вы (и вы) — за эту болтовню —
ну, в самом деле, что, не извините?

Льщу вновь себя надеждой…
не виню
за то, что лишь кошачий наполнитель
по всем углам валяется в мешках
  и снег не свеж
    и лёд какой-то ломкий

и лишь одна соломинка в руках…
И —
как тут подстелить себе соломки?!


…КамАЗ —
не больше крупного жука…
Картинно мимо горнего балкона
плывут над миром ломтики бекона
в оливковом сиянии желтка.

…Казалось бы, от Музыки ушёл и —
взамен нашёл, как говорится, стих…

Но вот — на расстоянии —
                  большое,
                огромное!

             и голод… вдруг утих.

          31.01.15


Уф…
Давным-давно прочитал (и оценил!) великолепную поэму Андрея Широглазова "Антипушкин" — да всё никак решиться не мог… но вот наконец-то решился: отныне — всё, перестаю-таки "ставить на черновиках время их написания"!
А заодно и на чистовиках тоже. 8-)

Итак, поехали дальше:


*  *  *

То платил настоящим тягло,
то вдруг с будущим порывал…
Только тянет любого дятла
на свой собственный перевал,

где бараки… и столь наивно
незабудкой заложен Фет…
и — пустая сто лет стоит на
полке тара из-под конфет.

…Потому голубям и крошим
свежей булки почти что треть
и, заискивая перед прошлым,
не даём ему прогореть,

что не знаем иного счастья,
кроме шёпота тет-а-тет…
но в подкорке зудит (мол, щас я)
олимпийских колец кастет.



Осенний марафон

Дурацкого печенья пару штук
доесть, а после — прыгнуть с парашютом! —
чтоб сердце, будто лопасти, тук-тук…

  "Спуститься бы на землю, ты, пташук! —
 и больше у тебя не попрошу там
ни лёгкости, ни новой ноши… Ой!"

  …Всё стихло.
            Будто утро…
                      снег, сочельник…

"Земля! Земля!.. Ты что, как неживой?"

   трепещет шёлк улыбкой ножевой,
    но всё…

И застит небо вкус печенек.



*  *  *

Что нам делать, когда доделала,
всё что нужно сама земля
и от дерева, глянь, до дерева
зеленея, плодится тля?

Нет больших дел — займёмся малыми,
несводимые полюса:
на рассвете — любые алыми
людям кажутся паруса.

Да, но мы-то — на лёгком катере —
прямо к рифме… ах, нет же, стоп!

   …На рассвете ли, на закате ли…
В небо пальцем, а новость — в топ.

…Хором ахнет и встанет о́бщина…
и — все выплачет очи мать…

 Что нам делать, когда всё кончено?!
.....................................

   Начинать.



*  *  *

В круговороте тёрок о сантехнике
и планов посетить ЕИРЦ
пытаются укрыться неврастеники
от ясности… которая в ларце
коробки черепной, яйцеобразная,
ждёт шанса подменить мою судьбу!

И — знаю же, что дёргаюсь напрасно я,
 но "это жизнь". И счастье ещё бу|
  …



*  *  *

Полработы не стоит показывать никому:
ни канву, ни наброски… ни главное, ни кайму…

Полюбас, безразличен ко внешнему лоску, ты
всё на тряпки порвёшь — и нарежешься в лоскуты —

или нет, лучше трезвым сидеть и ломать в руках
корешок фолианта… себя выражать в рывках, —

расточать потихоньку… по слову, по букве, по
чайной ложке — как нам завещал ещё Эдгар По
(помнишь это: колодец и маятник? жук — и клад?)

Мир — оклад, а икона — лишь ты: неумыт, патлат.

…Говоришь, настоящий индеец? Даёшь потлач!

Вопрошаешь, куда же всё делось?
Ну что ж, поплачь…

Но сквозь слёзы, сквозь годы — пожалуйста, впереди,
не одни только ножницы с ветошью разгляди,
а — конечную стадию (шаг и — мгновенье стой!)

Ибо… что́ этот мир — без заветной работы
той