Саша Чекалов

 

2013

 

 

 

Ах…

 

Ах, как хочется жить,

и любить, и надеяться!

Тихо снег положить

белой лапой на деревце.

Чтобы долго лежал,

постепенно сдуваемый…

и — не чуяли жар,

но его отдавали мы

чтобы пользе чужой, —

а не прихотям собственным!

 

Ах, как зябко душой

увязать в философстве нам.

 

Но на смену уже

лезет живность такая, что…

"Нет, теплее душе!" —

"Что ж от страха икаешь-то?"

 

Ах, как хочется всё

разложить по местáм своим.

 

…Снег — куда-то несёт,

мы же здесь арестантствуем.

И на всём белом дне

не найти тёмной щёлочки,

чтоб забиться и не

ведать, чем там ЕЩЁ в очки

нам кидается вихрь —

одиночества исповедь…

 

Чтоб остаться в живых.

Всё же мы не из гипса ведь.

 

"Всё же должен быть вых…" —

и… безмолвия иноходь…

 

Чтоб остаться в живых.

 

Чтоб жила половина хоть.

Чтоб хоть четверть жила.

Хоть осьмушка!

 

Нельзя уже?

 

…Ах, как муть тяжела,

как горьки её залежи.

 

Не петляй же в степи, —

погоди-ка… окрепни-ка

и — ещё потерпи…

 

Ну! И где твоя реплика?

 

…Тишина — словно мёд:

в ней и вязнет, и тает всё.

 

Здесь никто не живёт.

 

 

Кроме тех, кто пытается.

 

11.01.13, г. М

 

 

 

В очереди

 

Я полдетства провёл в поликлиниках:

регулярно подолгу болел.

 

Всё гадал — ну когда ж переклинит их

и сметут за барьером барьер

эти очереди терпеливые!

 

…Приливала к сознанию жёлчь,

и вскипали досады приливы, и

ползал шёпот, мол, "надо быть жёщщ…"

 

Время шло. Все мы якобы выросли:

пациенты, медсёстры, врачи…

Симптоматика прячется в вымысле?

Ничего, терпеливо влачи

полудохлое существование:

обречён на заботу любой.

(Потому и бросаюсь словами я:

"боль" и "тьма", "красота" и "любовь"…)

 

Сонный

(некогда ясные очи ведь

замутила досада на всех),

тупо жду — и сгущается очередь,

кабинет терапевта обсев.

 

…"Без талона? Она вас не примет, ну:

есть же правила!" — вера крепка.

 

И растут тополя по периметру.

И плывут облака.

 

10.02.13, г. М

 

 

 

Мне кажется…

 

Мне кажется, больше не будет толп

и споров до хрипоты,

а просто — топ-топ до отметки "стоп",

и… там тебя ждут цветы.

Отныне никто не споткнётся на

подъёме: "Вперёд! В ата…", —

сломавшись, как ветка…

Всему цена —

моральная правота.

 

Вот, кажется, взял и добился ты

спокойствия там, тепла…

но — нет этой призрачной правоты,

и всё прогорит дотла.

 

…Под действием яви легко, как лёд,

ломается небосвод,

но… впредь уже милости не прольёт

  на тех, кому нужно, — вот.

         "Конечно-конечно! — понятно…

                        но

          ведь каждой зиме итог —

          сырая земля… Из неё давно

          не лез ни один росток, —

          так, может, попробуешь:

                         хоть поднять

          в атаку на грязь и хлам

          орду новых венчиков,

                         хоть подмять

          сон тезисом: по делам

          воздастся, мол, каждому?

                        …Всё прости

          себе и другим — и стой,

          пока почва пробует прирасти

               естественной прямотой!"

 

…От будущего, что сулит заря, —

   ни выгоды, ни наград.

 

"Выходит, уверен ты, всё зазря?!"

 Ни в чём не уверен, брат.

 

14.02.13, г. М

 

 

 

В верном направлении

 

Если и вник я во что-то за

время, пока живу,

так это в то, что мои глаза

видели наяву:

жмёшься ли ближе к корням, малыш,

рвёшься ли в высоту —

гладить животное можно лишь

от головы к хвосту.

 

Если же наоборот — оно

яростно намекнёт,

что забодал, мол, уже давно

твой человечий гнёт!

…Лучше нам действовать или ждать,

Свет или Тьму привлечь —

всё можно вдумчиво обсуждать,

только не эту вещь.

 

Ловит ли оттепель белых мух,

стужа ли щерит рот —

всё можно вынести… кроме мук

глажки наоборот.

Даже альянсу Добра и Зла

не сокрушить Мечту! —

лишь бы ладонь неизменно шла

от головы к хвосту.

 

…Всё относительно: правда, ложь,

осень, зима, весна…

Так вот бессмысленно и прольёшь,

лёжа в ночи без сна,

все свои слёзы… То страх, то боль,

то — просто так, печаль…

 

Главное, ту, что всегда с тобой,

в тайну не посвящай.

Гладь её правильно — и вполне

этим исполнишь долг.

 

…Да уж, — не радость…

но повод не

использовать поводок:

древние страсти все улеглись,

трезвость — основа сна;

облако — в небе, на ветке — лист,

и под рукой — спина…

 

03.03.13, г. М

 

 

 

На перроне

 

Позади все погоны, петлицы, шевроны

в моей маленькой личной войне…

но хожу ежедневно встречать эшелоны

вместе с девушкой этой. А мне

говорят, мол, зачем себя мучить напрасно! —

всё равно ведь не ляжет с тобой:

пусть доказана гибель супруга не раз, но…

зря надеяться ей не впервой.

 

Говорят, мол, не надо, — мол, даже не целься

в эту еле живую мишень:

для неё ведь по-прежнему смута в процессе,

будто — нет, не касалась ушей

даже самая первая весть о потере!

"Так надейся и жди, — все дела…"

 

Но очки почему-то опять запотели,

и — мелькает в траве седина.

 

…Все так заняты! — греются в одури с теми,

кто духовное дарит родство,

а за нами — никто не поспеет… лишь тени:

набухая по мере того,

как заря наступает… И сами-то ими

скоро сделаемся, но пока

мы ведь живы, не так ли? — и светится иней

в тёмных зарослях борщевика.

 

Позади довоенные мифы и сказки,

скурен в тамбуре томик Золя,

в небе плавают новые, яркие краски,

занимается, значит, заря…

Никого на перроне, — лишь мы, как дурные.

"И плевать, если честно, в борьбе

интересов — верны ли себе, не верны ли —

всем и каждому… да и тебе", —

 

так я думаю… Что, говорят, запороли

мы судьбу свою? Спорить — тоска…

Мне достаточно просто торчать на перроне:

перед маршем — но после броска.

Сонно щуриться. Воображать себя богом,

чтобы время быстрее текло.

И — не видя той девушки — чувствовать боком

её éле живое тепло.

 

20.03.13, г. М

 

 

 

Поэт

 

Совсем решился было бросить

стихосложение — но Влад

(Павловский) очень сильно просит,

мол, ты сперва подумай, брат.

 

Ну я подумаю, конечно, —

и всё же, кажется, пора.

…Проснёшься, наскоро поешь, но

в душе не тает мишура

каких-то образов банальных,

каких-то символов чужих…

 

А надо — яблок и бананов!

и жить! и чувствовать, что жив.

 

Вот села муха на варенье,

и мухе — просто хорошо,

к чему же я теряю зренье,

очередной строча стишок?!

Нет, чую, в этом есть какой-то

неразрешимый парадокс…

Уж лучше дамы из эскорта

и где-то рядом — пара доз

какого-нибудь сериала:

чтоб только мозга не напрячь! —

и так уж долго засоряла

(глаза-то попусту не прячь)

коварная литература

самосознание моё…

 

Пишу — на выходе халтура,

а на стене — висит ружьё*…

но у поэта — ни аза нет

для понимания, где цель!

(Уж больно сабж устал и занят

жеванием теодицей.)

 

Конец, достаточно теорий, —

пора на практику!

…Эй, дождь,

иди! на землю волшебство лей!

И — слепо верь, пока идёшь:

не думая о внешнем лоске,

придут иные, с кучей средств**…

 

Да вот, к примеру, Влад Павловский:

чем не творец?

 

30.03.13, г. М

 

* чеховское

* изобразительных ;)

 

 

 

*  *  *

 

Март опять нам накапал в открытые окна

то ли средства последнего, то ли тоски.

Потеку вот гулять — и, конечно, промокну,

а вернувшись, надену сухие носки…

 

На глаза лезет утварь. Обложки. Обои…

Да и в голову — разная мутная гнусь.

И, конечно, кино о решительном бое —

это выход… Но это — когда я вернусь.

 

Если только вернусь: возвращаться не надо.

Надо — в люди уйти — нанимаясь за хлеб

     и ночлег избавлять одиночек от ада!

 (И — сгореть в их огне, за два дня одряхлев.)

 

…Под окном — старичьё ли седое, тины ли —

кто-то празднует зиму длиной с этот век…

И колышутся шторы дождя нитяные,

потому что идёт под дождём человек.

 

31.03.13, г. М

 

 

 

Метаформоза

 

Тут был компьютерный магазин,

а будет? музей искусств?

…Во всяком случае, тень от зим

ложится на каждый куст.

 

Театр Спесивцева на углу,

а за углом (и над!) —

метели юла… но пожрёт юлу

Останкинский комбинат.

 

И я захочу — и поэт, и бард —

оставшийся без жены,

кольцо обручальное сдать в ломбард

(кому мы теперь нужны!)…

 

Всё в прошлом, а памяти мотылёк

снежинкой — то там, то тут…

Вдоль улицы Руставели лёг

туман былых простуд,

 

но всё ещё Яблочкова мила

(особенно по весне):

одна однокурсница здесь жила,

позировавшая мне…

 

И что же? Никто не сошёл с ума.

Зло в минусе, хвост поджат.

Системными блоками спят дома —

и приводы не жужжат…

 

Лишь небо размазано над весной

(искусно: ведь сон-то — мой),

как мост одноразовый подвесной!

И я не спешу домой.

 

31.03.13, г. М

 

 

 

На маяке

 

Вон, пар идёт от фонаря,

и дождь октябрьский повсюду,

а там и ветер ноября

сулит огню одну простуду.

 

И бьётся из последних сил

на маленькой площадке пламя,

и кровь течёт, как эликсир,

и мысли кажутся делами.

 

И вспоминается: живу,

мне ветерок мозги полощет,

и я — в режиме дежавю —

вступаю бережно на площадь.

 

На мне мундир, я стар, я сед,

на шею давят ножки внучки…

Прошли мы — всё… и на десерт

себе желаем по тянучке!

 

Мы против жадин и подлиз,

мы за иллюзии и вечность,

и —

трогает социализм

как нечто, стоящее свеч, нас…

 

Но снова в ритме перебой,

я, вздрогнув, озираюсь тупо

и… становлюсь самим собой.

 

Уж до краёв родная ступа

полна… Но что мне в тех краях,

где даже сумерки плаксивы

и кренится любой маяк

при виде маячка и ксивы!

 

…Дождь убивает не спеша.

Не ведая границ ресурса,

собой любуется душа…

 

И правильно! — давай, рисуйся,

пока испытанная клеть

отчасти гасит этот ветер,

и есть ещё чему гореть,

и вечер отрешённо светел.

 

06.04.13, г. М

 

 

 

Мореходный возраст

 

Куда ни глянешь — повсюду рань

и волны гладят родную дрянь.

Куда ни сгинешь — и там! везде

индейца тянет к большой воде.

 

Мир полон плеска. В его горсти

охота греку в туман грести…

За поворотом — судьба легка,

вперёд варяга несёт река…

 

Бумажный парус, ты слишком мал,

а всё же ветер уже поймал!

…Соседи машут: "Пивка? Чайку?" —

но ты несёшься по ручейку:

 

чуть кувыркаясь, чуть погодя…

пройти стараясь в тылу дождя;

успеть пытаясь ("Беги-беги!")

и до потопа — и до шуги…

 

Ну что нам суша: мертва, как стол.

А где-то дышит морской простор,

и каждой щепке (а их — стада!)

мечтать не вредно попасть туда.

 

Летите, щепки… к мечты костру ль,

в очаг ли общий, под хор кастрюль, —

везде нам место!

…Трещим, острим, —

к финалу гонит нас общий стрим.

 

Полно истоков! корней! соррент!

и возвращаться — наш общий тренд.

…Копилка-киса от рук жирна,

земля раскисла, ушла жена…

 

Не слышно эха — и нет шагов.

И где Нахимов? А Ушаков?

…Лишь финикийцы заходят в тыл…

 

   и всё протёрто до чёрных дыр.

 

06.04.13, г. М

 

 

 

Экзотика

 

Перрон, попутчиков орава…

Тебе вручают корешок:

"А ну-ка!" —

 пробуешь…

"Отрава!" —

ворчишь, испытывая шок…

 

И не предполагаешь, нервный

(с собой отраву не беря),

что чай — не чай без ежедневной

невнятной нотки имбиря.

 

Вот так и всё… Чтоб оценить и

принять экзотику, тебе

нужны невидимые нити…

 

Роса на каждой тетиве

развесит утром эти ноты, —

и станет ясно, крокодил,

что всё постиг уже давно ты!

 

Но просто слов не находил…

 

07.04.13, г. М

 

 

 

Медленно

 

Счастье уже настало: ну вот же, вот!

Медленным потеплением год набух…

Медленно увеличивающийся живот.

Медленно издыхающий ноутбук.

Личная жизнь, продолжающая цепенеть.

Личные сны — и будильника бодрый писк…

Медленно падающая цена на нефть.

Медленно-медленно…

Так что — не торопись

родинку под шумок перепродавать

и уезжать — на условиях на любых!

Можно не торопясь застилать кровать

канувших в милое прошлое нулевых.

Можно любить и надеяться. Вся в слезах,

девушка парня поддержит!

…И всё же, всё ж…

можно уже начинать собирать рюкзак.

Медленно.

Маленький:

много не унесёшь.

 

Счастье уже настало: теперь ни в чём

ты не нуждаешься, — розов, по-детски гол

и на единство по-взрослому обречён

с теми, ещё не свалившими за бугор,

кто и тебе, и друг другу желал добра,

мира, здоровья, успеха и прочих благ

долгие годы! — недавно, ещё вчера…

 

Медленно разворачивающийся флаг.

Медленно тающий скромный запас еды.

Картриджей. Аккумуляторов. Ловких рук.

…Да, но мы слышим команду: "Сомкнуть ряды!" —

и раздаёт обещания политрук.

 

Медленно движется очередь… Ты приник

к дырке окошка… Мир юн, несмышлён и дик.

У родника притаился в тени ледник, —

медленно движется…

Часики — тик-тик-тик…

 

Медитативные строки! Тут есть одно

важное место, мне кажется… Но — остыл

омут наш… и опускается муть на дно…

И каменеет в беспамятстве крепкий тыл.

 

04.05.13, г. М

 

 

 

Обрыв

 

…Вечно: то заповедь "не убий",

то вдруг удар под дых…

Жизнь — это красный автомобиль,

врезающийся в молодых.

 

Даже не знаю, как объяснить! —

это не сказка, быль:

по лабиринту тянули нить —

и вдруг автомобиль…

 

Лбом о пол вдоволь поколотив,

ждёшь и от музы поз?

А жизнь — это красный… локомотив,

несущийся под откос!

 

Сказка: про белого рыбачка,

и про золотую нить,

и про крючок… Порвалась щека,

падает выдернутая чека, —

и некого в том винить.

 

…Долго ли ждать? до каких же пор? —

   бьёшься во сне о твердь,

   чтобы очнуться… Прекрасный пол! —

   лишь подмести, чтоб окончить спор…

     и что, это всё? Ответь!

 

   Вечен, как остов на пустыре.

   (Лишь бы хватало слов.)

 

…Да, поистратился, постарел,

   но ведь и шёл-то — в лоб…

 

25.06.13, г. М

 

 

 

Короткие встречи

 

…То задрёмывал между Киквидзе и Бастионной,

будто в девичьих пышных, частично распущенных, косах, —

и висел там обрыв над домами громадою тёмной,

и витал надо всем дух раздавленных абрикосов,

 

а теперь на проспекте Победы — впадая в ступор

от восторга — дрожу под воздействием шока мелко:

в паре метров от политехничного института

час назад в объектив мой попала живая белка!

 

…Уж такая удача: могу я себе позволить

очень много из непозволительного доселе,

например — не спешить… Это время не зря ползло ведь! —

или мчалось куда-то по кругу на карусели:

 

уж и Штаты вконец обрусели, и Русь частично

изваряжилась в новом порядке… а мы всё пишем

по асфальту ногами, пытаясь себя постичь, но

позади — лишь намёки размазанных кем-то вишен.

 

Вот и думаю: прежде чем снова идти куда-то,

изнывая от жажды (не слишком легка тверёзость),

посижу-ка под липой — которая столь кудлата,

что любому бродячему псу сто очков вперёд даст.

 

Изнывая от долгой бессмысленности туризма.

От попсовой бинарности выбора: либо — либо…

Всё мне любо — и бесы нашёптывают: "Оторвись!" — но

не отделаться от ощущения: всё здесь липа.

 

Эти мамы с колясками, эти студенты оптом,

и дубы, и дорожки, и белка, что верещит так,

будто режут её, — всё обман. И течёт сироп там,

где вчера ещё светлого прошлого пережиток

 

догнивал беспризорно, избыточность источая.

…Мне пора подрываться — и к центру брести, чтоб фото

штамповать без конца.

И — у дня на губах горча, я

так и буду терять — и опять настигать кого-то…

 

22.07.13, г. Киев

 

 

 

По-тихому…

 

Когда заканчивает лето

катать из милости в купе

и не достать никак билета

на супергруппу "ДТП",

а все друзья угрюмо пьют и

связать не могут пары слов —

врубай по-тихому компьютер:

всю полуправду прямо в лоб

 

тебе покажут — пусть узкá щель,

что между истин (и темна ж):

про то, что грыжу лечит кашель,

про то, что общий путь — не наш;

про то, что Керенский не умер,

а просто прячется в тени

(поскольку кружит чёрный бумер

по долу нашей западни).

 

Глядишь — и осень подкатила

на бронепоезде своём,

а там найдётся и аттила…

Ну чё, товарищи, встаём —

и все по-тихому на выход…

Отдать не худо бы долги:

полно плацдармов дармовых от

Калининграда до тайги.

 

Напрасно ищут новый метод

поборники заморских догм, —

всегда всё делалось во тьме тут:

она одна — наш общий дом.

 

…Лишь жаркий липкий пот отрады —

да жаркий липкий шепоток…

и вот сметает все преграды

внезапный бешеный поток…

 

Зачем навстречу неизвестным

и обстоятельствам, и дням

лететь в купе четырёхместном!

Эпоха чавкает — ням-ням —

перетирая шестернями

мечты, гипотезы, враньё…

 

Что, соберёмся у меня мы?

…Уютно логово моё —

да разговоры утомили…

 

Подставь-ка лучше лоб, балда,

для дармовой лоботомии, —

её не поздно никогда

любому ждущему ответа

невинно сделать… например,

сейчас —

       когда

             уходит

                    лето

постлиберальных полумер.

 

01.08.13, г. М

 

 

 

Свадьба

 

Промчалась свадьба мимо блока —

и снова тихо навсегда.

Как там у Александра Блока?

"…спала зелёная вода"?

 

Спала-спала — да вдруг и спáла,

и обнажилось тупо дно,

где в суете котлов и пара

нам разогнуться не дано.

 

А свадьба — мчится и гогочет:

у них там весело — пока…

Пока однажды не соскочит

дурное слово с языка…

 

А на багдаде — всё спокойно

под властью урок и дьячков.

И ветви клонятся покорно,

дрожа от бремени дичков.

 

17.08.13, г. М

 

 

 

Утро

 

Болит отлёжанная щека,

встаю со стоном с сырой земли,

Вокруг колоссы борщевика —

как полновластные короли.

 

От электрички отстал, упал,

башкой ударился, дальше — сон,

о том, как вьётся над ванной пар

и ты зовёшь меня: "Эй, гарсон!"…

 

Но вот и утро. А я свою

мобилу, кажется, пролюбил.

Ищу платформу… Уже стою

у расписания, как дебил.

 

…У края бездны ловить ребят

судьбой назначено… Где же рожь?

 

Нещадно строки в глазах рябят —

и всё прекрасно.

И мир хорош.

 

23.08.13, г. М

 

 

 

Вдоль пути

 

На туманный район навалился циклон.

Шарю взглядом по насыпи робко:

всё усыпано битым по пьяни стеклом,

что ни шаг — то бумажка, то пробка.

 

Нет, не шли никогда в этом месте бои,

чужаки не творили бесчинства,

просто местные люди — родные, свои —

шли буянить, работать, учиться…

 

Что теперь? Будто снежный, товарищи, ком,

разрастается ясность: отныне

здесь уже никому не гулять босиком

между рельсом и лесом полыни.

 

Всем уже надоело испытывать шок,

наблюдая подобное? Полно…

Никому здесь не будет уже хорошо,

всё туманно, но это — бесспорно.

 

Вы, конечно, товарищи, можете гнать

(мол, ответ я во всём лишь себе дам!)

и стремиться себя в перерывах познать

с напускным равнодушием к бедам.

 

Но хотя бы однажды признайтесь себе:

здесь не светит ни почвы для чуда,

ни его самого…

 

лишь лазейка в судьбе —

неизвестно куда и откуда.

 

29.08.13, г. М

 

 

 

Глас женщины

 

"Всё рухнуло, — я понимаю и ужас,

и ярость твою, и боль… и, не тужась,

представить могу себе, что за стужа

с отчаянием овладели душой.

 

Но мир — не набор чётких литер или

картинок… Вокруг ли беда, внутри ли —

нельзя содействовать истерии.

Твоей — тем паче: уже большой.

 

Ты вырос, когда посредине рейса

мне отдал ветровку, — мол, на, погрейся;

ты вырос, пока получал люлей за

меня с подругой… пока, серей

последней тряпки, страдал похмельем…

 

пока любовался, как я "Шармель" ем…

 

пока менял — как мы все умеем —

приоритеты среди зверей.

 

…Ах, долго мы домик тот мастерили, —

жаль, карточный… Очередная веха.

Что дальше?.. Всё в наших с тобой руках.

 

Нельзя сочувствовать истерии —

пускай даже близкого человека,

а ты-то никто мне, и звать никак.

 

«Мы справимся»? — не сомневаюсь даже.

…Все близости жаждут — и ты туда же?

И чувства, и нежности? и… меня?

 

Нельзя истериков поощрять и

льстить самолюбию их, приятель.

Твой опыт — шире моих объятий…

 

Хорошего, как говорится, дня."

 

 

Она уходит. Ушла. Забыта…

Проветрена вакуумом орбита, —

простор оценит любой орёл…

 

Нельзя потворствовать истерии,

тем более похоти гамадрильей, —

вот и теряешь всё, что обрёл.

 

Но голос женщины… это помнит

любой ребёнок — в любой из комнат

забыть пытающийся его.

 

Броня крепка, смехотворны планы —

и… заглушить не спешат бакланы

то, что милее тебе всего.

 

30.08.13, г. М

 

 

 

*  *  *

 

В жизни-то ланцелотам

 копья ломать зачем?!

Что бы ни процвело там —

 всё оправдает чернь:

"Овцы так целы, волки

                сыты"…

         Слова не трать.

Всё это отговорки,

чтобы не умирать.

 

Зло побеждает, ставя

кучу добра на кон.

…Сказка везде простая:

девочка и… дракон.

("Слон — чересчур фарфоров:

сдвинется — и умрёт"…)

 

Множество разговоров! —

   чтоб не идти вперёд.

 

02.09.13, г. М

 

 

 

Пока

 

Пока не требует поэта

к себе начальник на ковёр —

пиши про то, пиши про это…

 

Пока бумагу не извёл.

 

Пока всё есть (хоть еле-еле,

но да! —

        что радует весьма)…

 

 Пока клакёры не доели

всего фуршетного дерьма.

 

…Пусть освещение дневное

тусклее лампы! — ты пиши:

про снег, растаявший давно, и

 про те большие беляши,

и про круги на стойке бара…

Про всё!

А нет — так завали,

 прошу прощения, хлебало

  и чай покрепче завари.

 

И в суете его чаинок

увидишь будущий покой,

в котором ты — как будто инок

с чужою книгой под рукой

(что, разумеется, не ново)…

 

пока, сценарий теребя,

на роль шута очередного

никто не пробует тебя.

 

04.09.13, г. М

 

 

 

Тёплый вечер

 

Речи кончены — слушай шёпоты

вихрей (элем текут имбирным):

"Стань хоть мастером фотошопа ты,

хоть золою — а тем, кем был, нам

всё же будешь ты ближе, глупенький!" 

…Стой и слушай (тебе полезно),

как шуршит она, листьев трупики

анимируя, — осень-бездна.

 

Тополь, поздним теплом обманутый,

чмо, мечтающее о бэхе

все пускают (да стой нормально ты!)

безрассудно свои побеги.

И закат, тая в небе-хаосе,

глаз единственный хитро сузил, —

мол, пора уже, Каспар Хаузер:

ваше слово, товарищ лузер.

 

…И откуда ты, и теперь куда —

всё забыл… Ну и жди, весь бурый

от засохшего, с видом беркута —

раз затишье тут. Перед бурей. 

Слов не хватит — восполним листьями

и нехватку идей, и счёт наш!

 

…Веют вихри хвостами лисьими.

Ждут — когда же ты клювом щёлкнешь! —

 

чтоб сорваться с цепей невидимых

и рассеять золу по саду,

 по вишнёвому…

                 Жаль, не видим их… 

"Стой" да "стой"… да я лучше сяду

на скамеечку возле домика.

…Вот и наши… А вот подъезд мой. 

Так удобненько, так бездонненько…

 

     и пылает закат над бездной.

 

10.11.13, г. М

 

 

 

перашки для волка

 

исчезли призраки рахита

тревоги страсти и мечты

безалкогольное мохито

ах это именно о нас

 

порою по дороге к храму

встречаешь оборотней ты

но их высасывают быстро

вампиры что всегда с тобой

 

её я спрашиваю часто

когда же воля и покой

но лишь подмигивает молча

с японского календаря

 

стреляй на шорох глеб егорыч

пусть эта комната темна

и чёрных кошек мы не видим

но их тут сотни уж поверь

 

ты пузыри пускал беспечно

и всё же мимо проходя

морзянку выдала подлодка

мол ну не верю извини

 

как больно милая как странно

уже взлетает самолёт

а я в руках как ту синицу

сжимаю с веником портфель

 

порою ты выходишь в поле

находишь полевую мышь

и с ней гуляешь и украдкой

глядит на часики она

 

порою вот ещё немного

и ход считай уже готов

осталось наскоро собраться

и на дорожку посидеть

 

я шёл по краю мрачной бездны

я суть явлений познавал

нашёл мелок ириску мячик

проснулся и лежу во тьме

 

степенно ползает по стенам

владыка мира серый чиж

а может это ёжь такая

туман мешает разглядеть

 

суров наш климат да привычен

вот потому-то нам его

наш кум и сват и врач дежурный

и не советует менять

 

осень 2013 г.

 

 

 

Мяук

 

Каменны своды. Небесные — в том числе.

Время сворачивать деятельность до утра.

Небо спокойно, ни облачка на челе.

В воздухе царствуют голуби да ветра.

 

Каменны джунгли. Не чуя ни ног, ни рук,

менеджеры возвращаются по домам, —

а над землёю скользит человек-мяýк.

 

Дети, увидев такое, спешат до мам

экстренно докричаться… но господин

в маске и кедах воротит угрюмо нос:

"Просто я слишком уж долго тут жил один.

Выбрался через чердак — и пошёл вразнос…"

 

Мамы хватают детей, как листва дрожа —

видя лихие прыжки от стены к стене

на высоте двадцать первого этажа…

 

Сударь, устали? Прошу отдохнуть ко мне!

 

Да, у меня нет угла своего пока,

но у хозяйки хватает на всех углов.

Сразу откроет бутылочку молока

и улыбнётся: "Хороший у нас улов!"

 

Но человек в грязно-сером своём трико

только надменно поморщится на лету;

миг — и уже безнадёжно он далеко

там, за углами, уносится в пустоту.

 

"Слишком я долго и бурно существовал

без минимальной поддержки, чтоб от тоски

миссии тайной моей допустить провал!" —

и растворяется в сумраке.

 

Всё. Тиски

вновь челюстями сомкнулись на кадыке.

Каменны реки. Долины. Дела. Слова.

Что-то ещё трепыхается вдалеке,

что-то ещё различимо — едва-едва…

 

Но, если взгляд отведёте, а после вновь

ищуще вперитесь в ночь — человеку вслед,

дождик всё скроет. Ноябрьский, проливной…

 

Миг — и хозяйка безоблачно включит свет.

 

14.11.13, г. М



НАВЕРХ                                    НА ГЛАВНУЮ